Difference between revisions of "Поздний капитализм"
Content deleted Content added
Line 13:
3. '''Дискредитация традиционной представительной демократии'''. Буржуазный парламентаризм, который и в 19 веке был обманом народа, окончательно потерял какую бы то ни было связь с демократией, не отражает никаких интересов народа. Словенский философ Славой Жижек и американская теоретик Венди Браун указывают, что поздний капитализм прекрасно уживается с формальными выборами, парламентами и конституциями, но при этом любые реальные решения, затрагивающие интересы капитала, выводятся из-под демократического контроля. Торговые соглашения, бюджетные ограничения, правила Европейского союза, условия кредитов Международного валютного фонда — это неписаная конституция позднего капитализма, которую нельзя изменить голосованием. Демократия сохраняется как ритуал и как механизм легитимации, но её субстанция — способность общества коллективно определять своё будущее — утрачена. Браун вводит понятие «дедемократизации»: не отмены демократии, а её постепенного превращения в фасад, за которым правят безличные рыночные механизмы и технократические менеджеры. Полный контроль за представительной демократией со стороны менеджеров корпораций подробно описан также Э. Тоффлером в работе "Третья волна".
Как писал еще Энрико Малатеста:
<blockquote>Если существуют классы и отдельные лица, лишенные средств производства и, следовательно, зависимые от тех, кто монополизировал эти средства, то так называемый демократический режим может быть лишь ложью, призванной обмануть и подчинить управляемые массы подобием мнимого суверенитета, тем самым сохраняя и укрепляя власть привилегированного и правящего класса. И именно такой является, и всегда была, демократия при капиталистическом режиме, в какой бы форме она ни проявлялась, от конституционной монархии до так называемого прямого правления.
</blockquote>
4. Неспособность позднего капитализма ответить на '''климатический кризис''', но парадоксальным образом его устойчивость именно как кризисной системы. Фрейзер вводит понятие «каннибалистического капитализма»: капитализм на поздней стадии пожирает не только труд и природные ресурсы, но и те социальные и экологические условия, которые делают его собственную жизнь возможной. Он разрушает почвы, леса, климат, общественные связи и даже будущее детей — но при этом он не рушится, потому что каждый кризис он превращает в новую возможность для извлечения прибыли. Климатические катастрофы становятся рынком страховых услуг, эпидемии — рынком фармацевтических корпораций, миграционные кризисы — рынком охраны и пограничного контроля. В этом, по Фрейзер, и состоит специфика позднего капитализма: он не имеет внешней границы, потому что любую внешнюю угрозу он способен интернализировать, превратить в очередной товар и тем самым временно отсрочить своё крушение.
| |||