Этнография науки
Этнография науки (агл. ethnography of science), также известная как лабораторные исследования (агл. laboratory studies) — направление в социологии науки и науковедении, изучающее повседневную практику научной работы с использованием методов этнографического наблюдения. Этнография науки исследует, как научное знание производится в реальных лабораторных условиях: через эксперименты, переговоры, интерпретации данных, взаимодействие учёных, использование приборов и написание статей. Это направление оформилось в 1980-е годы в рамках «сильной программы» социологии знания и акторно-сетевой теории (ANT), предложив радикально новый взгляд на науку как на социальную практику, а не на абстрактное познание. Ученые выступают как будто особый народ, который наблюдают этнографически, как некое дикое племя.
Истоки и предпосылки
Критика традиционной философии науки
До 1970-х годов философия науки (Карл Поппер, Имре Лакатос) рассматривала науку преимущественно как логическую деятельность, игнорируя социальные аспекты. Учёные чаще всего представлялись как рациональные субъекты, следующими универсальным методам. Этнография науки возникла как реакция на этот подход — она начала изучать не то, как учёные должны работать (согласно методологическим правилам), а то, как они работают на самом деле.
Влияние социологии знания
Ключевым предшественником этнографии науки стала Эдинбургская школа и её «сильная программа» социологии знания (Дэвид Блур, Барри Барнс). Её сторонники утверждали, что содержание научного знания социально обусловлено, и что социология должна объяснять не только ложные убеждения, но и истинные. Этнография науки пошла дальше: она стала не просто теоретически утверждать социальную обусловленность науки, а наблюдать её на практике — в лабораториях.
Основные принципы
Вместо рациональности — практика
Вместо анализа логики научного познания этнография науки фокусируется на рутинных действиях учёных: как они проводят эксперименты, как интерпретируют данные, как обсуждают результаты, как пишут статьи. Эти действия, по мнению этнографов науки, не сводятся к формальным правилам; они включают навыки, интуицию, догадки, ошибки и переговоры.
Открытость чёрного ящика
В традиционной философии науки научный эксперимент часто рассматривался как «чёрный ящик»: на входе — гипотеза, на выходе — результат. Этнография науки «открывает» этот ящик, показывая, что эксперимент — это сложный, многократно повторяемый процесс, в котором участвуют не только учёные, но и приборы, материалы, лабораторные условия. Учёные часто не контролируют все переменные, и результаты эксперимента зависят от множества факторов, включая качество оборудования, мастерство экспериментатора и даже время суток.
Симметрия между людьми и не-людьми
Вслед за акторно-сетевой теорией Бруно Латура, этнография науки рассматривает людей и не-людей (приборы, оборудование, реагенты, животных) как равноценных участников научной работы. «Симметричный» подход означает, что учёный и его микроскоп, экспериментатор и его пробирка — все они являются «актантами», чьи взаимодействия создают научные факты. Не-человеческие акторы не просто пассивно используются; они активно влияют на процесс (например, прибор может сломаться, реагент может оказаться не того качества).
Конструирование фактов
Этнография науки показывает, что научные факты не обнаруживаются, а производятся. В ходе лабораторной работы учёные не просто фиксируют то, что есть в природе; они конструируют факты через серию операций: очистку данных, исключение «аномальных» результатов, интерпретацию, запись в виде таблиц, публикацию. Согласно Латуру, научный факт — это не открытие, а результат сети, которая «закрывается» (fact becomes a black box), когда противоречия разрешаются и консенсус достигается.
Ключевые работы и исследователи
Бруно Латур и Стив Вулгар — «Laboratory Life» (1979)
Эта книга стала первой классической этнографией науки. Латур и Вулгар провели 21 месяц в лаборатории нейроэндокринолога Роже Гиймена в Институте Солка (Калифорния). Они наблюдали за работой учёных и записывали их повседневную деятельность. В книге они показали, что научная практика не является последовательным применением метода; она включает переговоры, неудачи, спонтанные решения и множество неформальных взаимодействий. Особое внимание было уделено процессу публикации: как результаты превращаются в статьи и как эти статьи становятся цитируемыми фактами.
Карен Кнорр-Цетина — «The Manufacture of Knowledge» (1981)
Кнорр-Цетина провела этнографическое исследование лаборатории биохимии, изучая, как учёные принимают решения в процессе экспериментов. Она показала, что в лаборатории существует постоянная неопределённость: учёные часто не знают, что именно они измеряют, и вынуждены интерпретировать данные в реальном времени. Кнорр-Цетина ввела понятие «реконструкции» — учёные не просто регистрируют факты, а перестраивают их в процессе обсуждения и публикации.
Майкл Линч — «Art and Artifact in Laboratory Science» (1985)
Линч исследовал нейробиологическую лабораторию, акцентируя внимание на визуальных аспектах: как учёные работают с изображениями, как они интерпретируют микрофотографии, как создают графики и диаграммы. Он показал, что эти визуальные объекты не являются нейтральными отражениями реальности; они конструируются в ходе лабораторной работы и выполняют важные риторические функции в научных статьях.
Шэрон Трэвик — «Beamtimes and Lifetimes» (1995)
Трэвик исследовала высокоэнергетическую физику, изучая культуру работы физиков в двух лабораториях (Стэнфорд, SLAC и ЦЕРН). Она показала, что физики используют не только формальные методы, но и уникальные практики: они доверяют определённым коллегам, они используют образы (например, «события» — визуализации столкновений частиц), и их работа сильно зависит от неформальных сетей и менторства. Трэвик также исследовала временные ритмы работы физиков — периоды интенсивной активности и периоды ожидания, которые важны для понимания их психологического и социального опыта.
Методы
Этнография науки использует методы, характерные для этнографии в целом:
- Включённое наблюдение: исследователь проводит длительное время в лаборатории, наблюдая за работой учёных, записывая их действия, разговоры и взаимодействия.
- Интервью: беседы с учёными об их работе, мотивации, трудностях и успехах.
- Анализ документов: изучение лабораторных журналов, черновиков статей, переписки, графиков и других текстов.
- Участие в совещаниях и конференциях: наблюдение за тем, как учёные представляют и обсуждают свои результаты.
Критика
Этнография науки подвергалась критике с разных сторон. Философы науки (в том числе последователи Поппера) обвиняли этнографов в релятивизме и отрицании объективности научного знания. Учёные-естествоиспытатели часто критиковали этнографов за упрощение и искажение реальной научной работы, указывая, что методы этнографии не позволяют адекватно описать сложность и глубину научного познания. Внутри самой социологии науки также были споры: некоторые исследователи (например, представители «сильной программы») считали, что этнография науки должна быть более критичной по отношению к науке, другие — что она должна стремиться к сотрудничеству с учёными.
Значение
Несмотря на критику, этнография науки внесла важный вклад в понимание науки как социальной практики. Она показала, что наука не является изолированной деятельностью, а глубоко укоренена в социальных взаимодействиях, культурных нормах и материальных условиях. Исследования в этой области помогли переосмыслить такие понятия, как объективность, истина и метод, и показали, что научное знание производится в процессе сложной социальной деятельности. Этнография науки также вдохновила развитие акторно-сетевой теории, которая стала одним из ведущих направлений в социологии и философии науки.