Чагатайский язык
Чагатайский язык — классический литературный тюркский язык Средней Азии эпохи Возрождения. На нём создавали свои произведения такие выдающиеся авторы, как Алишер Навои и Бабур. Чагатайский язык лёг в основу языка тюрки и на протяжении нескольких столетий служил общим литературным языком для тюркских народов, не входивших в состав Османской империи.
В научной и исторической традиции чагатайский язык также известен как среднеазиатский турецкий или староузбекский язык.
Общие сведения и исторический контекст
Чагатайский язык сформировался в Средней Азии, прежде всего в области Мавераннахра — междуречье Амударьи и Сырдарьи, соответствующее территориям современного Узбекистана, частично Таджикистана и Кыргызстана. Этот регион входил в улус Чагатая, сына Чингисхана, где в позднесредневековый период активно развивалась тюркская культура.
Язык был кодифицирован и использовался как официальный государственный язык в державе Тимура и его преемников в XV–XVI веках, прежде всего для деловой переписки и административных документов. Предшествующими письменными языками региона были караханидско-уйгурский язык (X–XII века) и хорезмийский тюркский язык (XIII–XIV века).
Формирование и лексические особенности
Изначально чагатайский язык формировался как книжный письменный язык и не предназначался для повседневного бытового общения. Его становление происходило в условиях устойчивого тюркско-иранского двуязычия, поскольку значительная часть населения региона владела как тюркскими диалектами, так и персидским языком.
Чагатайский язык воспринимался как наддиалектный литературный стандарт, не привязанный к какому-либо конкретному тюркскому диалекту. Благодаря этому любой тюрк, получивший мусульманское образование и владевший арабской графикой, мог читать чагатайские тексты.
Лексика языка испытала сильное влияние арабского и персидского языков. У высокообразованных авторов, таких как Алишер Навои, заимствования из арабского и персидского могли составлять от 60 до 90 процентов словарного состава, что делало письменную речь сочетанием трёх языков при сохранении тюркской грамматической основы. Использование иноязычной лексики рассматривалось как признак образованности и стремления к терминологической точности. Заимствования из монгольского языка были немногочисленны и касались главным образом социально-экономической и военной терминологии.
Письменность и фонетика
Для записи чагатайского языка преимущественно использовалась арабская графика, хотя в отдельных случаях применялось и уйгурское письмо. Арабская письменность, как правило, не передаёт гласные, что существенно затрудняет фонетическую реконструкцию языка. Огласовки применялись лишь в случаях возможной неоднозначности чтения, а также в религиозных текстах, прежде всего в Коране.
Отсутствие обязательного обозначения гласных способствовало восприятию чагатайского языка как общетюркского: представители разных тюркских народов могли читать тексты, восстанавливая гласные в соответствии с нормами собственных диалектов. По этой причине точная фонологическая система чагатайского языка полностью не восстанавливается, хотя общее содержание текстов остаётся понятным.
Для передачи сингармонизма использовались согласные арабской графики, условно разделяемые на «твёрдые» и «мягкие», что позволяло косвенно указывать качество последующих гласных.
Грамматика и синтаксис
Грамматическая система чагатайского языка в целом сохраняла тюркский характер. В языке присутствовали категории падежей, принадлежности и залогов, унаследованные от предшествующего хорезмийского тюркского языка. Вместе с тем под влиянием арабского языка возникали отклонения от традиционных тюркских моделей, например появление категории рода в заимствованных словах (муаллим — «учитель», муаллима — «учительница»).
Категория числа включала три способа образования множественного числа: тюркский способ, арабские формы (например, шаир — «поэт», шуара — «поэты») и суффикс -ат, вероятно монгольского происхождения. Характерной особенностью, унаследованной от среднеазиатской литературной традиции, было употребление глагольного сказуемого во множественном числе при обращении к одному высокопоставленному лицу в знак почтения.
Система времён была менее разветвлённой, чем в хорезмийском языке, и включала настоящее, настоящее-будущее, категорическое будущее, желательное будущее, категорическое прошедшее, неявное прошедшее (на -мыш) и результативное прошедшее (на -гун). Словообразование преимущественно осуществлялось с помощью тюркских суффиксов, однако под влиянием персидского языка получили распространение составные глаголы, образованные по модели «существительное + вспомогательный глагол».
Синтаксис чагатайского языка испытал значительное влияние арабской и персидской традиций. В язык активно заимствовались союзы, включая соединительный союз ва, а тюркские синтаксические конструкции нередко калькировались по образцу арабских и персидских.
Периодизация и влияние
В истории чагатайского языка принято выделять два основных периода. Доклассический период (конец XIV — первая треть XV века) связан с формированием литературной нормы, сохранением архаических элементов и относительно умеренным использованием арабской и персидской лексики. К этому этапу относятся произведения таких авторов, как Саккаки, Лютфи и Хайдар Хорезми.
Классический период (конец XV — XVI век) связан с деятельностью Алишера Навои и Бабура. В это время происходит массовое внедрение арабской и персидской лексики, а чагатайский язык достигает высшей точки своего литературного развития. Именно на этом языке создан корпус классической средневековой узбекской литературы.
Чагатайский язык оказал значительное влияние на формирование литературных норм современных тюркских языков, прежде всего узбекского и татарского.
```