Все люди смертны
«Все люди смертны» (фр. Tous les hommes sont mortels) — философский роман Симоны де Бовуар, опубликованный в 1946 году. Это третье художественное произведение писательницы, в котором она в беллетристической форме исследует экзистенциалистские проблемы конечности человеческого существования, свободы, ответственности перед Другим и обесценивания жизни при обретении бессмертия.
Сюжет
Действие романа открывается в вымышленном французском городе 1930-х годов. Молодая амбициозная актриса Режина, одержимая страхом смерти и жаждой славы, знакомится с загадочным незнакомцем по имени Раймон Фоска. Она узнаёт, что этот человек, выглядящий на тридцать лет, на самом деле живёт уже несколько столетий. Фоска, итальянский аристократ из города Кармона, в 1279 году выпил эликсир бессмертия, изготовленный алхимиком, и с тех пор не может умереть.
Основная часть романа представляет собой вставной рассказ Фоски — его исповедь, обращённую к Режине. На четырёхстах страницах он повествует о своей бесконечной жизни, которая протекает на фоне ключевых событий европейской истории. Фоска становится правителем Кармоны, ведёт войны, пытается построить идеальное государство, но каждый раз его усилия оборачиваются неудачей. Он переживает бесчисленные смерти своих близких — жён, детей, друзей, — в то время как сам остаётся неизменным. Столетия сменяют друг друга, а Фоска постепенно утрачивает способность любить, страдать и радоваться, превращаясь в живой труп, в «точку зрения Сириуса» — отстранённого и равнодушного наблюдателя человеческой суеты.
В конце романа, выслушав эту исповедь, Режина осознаёт всю тщету своего желания обрести бессмертие через славу. Фоска для неё оказывается не путём к вечности, а предостережением — символом ужаса жизни, лишённой смерти. Роман завершается тем, что Режина остаётся одна со своим страхом и осознанием ценности конечного существования.
Структура и композиция
Нарративная техника и вложенное повествование
Композиция романа строится на приёме вложенного повествования (mise en abyme). Первые 112 страниц составляют пролог, а последние четыре — эпилог, которые фокализованы через сознание Режины. Именно она является единственным фокализатором событий настоящего времени. Между этими частями помещён 400-страничный вставной рассказ Фоски, который он ведёт от первого лица.
Такой композиционный приём долгое время вводил в заблуждение критиков, которые считали Фоску главным героем, а его повествование — основным текстом. Однако более внимательный анализ показывает, что именно Режина выполняет функцию «рамки» для всей истории, что делает её фигуру центральной для понимания замысла романа. Де Бовуар сознательно использует технику «эмбридинга» (вложения одного повествования в другое), чтобы замаскировать подлинный фокус текста — историю женщины, которая, как и сам автор, ищет способ реализовать себя как трансцендентный субъект.
Временная структура
Роман охватывает более шестисот лет европейской истории. Повествование Фоски разворачивается хронологически, проходя через эпоху итальянских войн, Реформацию, XVII век, Французскую революцию, XIX столетие и вплоть до 1930-х годов. Однако эта линейная хронология внутри вставного рассказа контрастирует с «застывшим» временем обрамляющего повествования, где события (встречи Режины и Фоски) происходят в течение нескольких дней. Этот контраст подчёркивает основной тезис романа: время обретает смысл только через конечность человека; для бессмертного оно становится бесконечной и бессмысленной протяжённостью.
Точка зрения и надёжность нарратора
Исследователи творчества де Бовуар обращают внимание на проблему надёжности повествования. Фоска, рассказывающий свою историю Режине, является ненадёжным нарратором — он не способен объективно оценивать события, так как его память деформирована веками жизни, а его отношение к прошлым трагедиям отмечено «дурной бесконечностью» повторяющихся циклов. В отличие от него, Режина, хотя и ограничена собственной субъективностью, остаётся единственным источником «живого» восприятия событий. Её ненадёжность иного рода — она подвержена «дурной вере» (mauvaise foi), самообману относительно собственной значимости, но именно эта её слабость делает её более человечной, чем бесстрастный Фоска.
Центральные идеи
Смерть как условие смысла
Главный философский тезис романа заключается в утверждении, что только конечность человеческого существования придаёт жизни ценность. Бессмертие в изображении де Бовуар — не дар, а проклятие. Фоска, лишённый способности умереть, утрачивает и способность по-настоящему желать, любить, страдать и радоваться. Его жизнь превращается в бесконечное повторение одного и того же — бессмысленный круговорот событий, в котором ничто не имеет значения.
Современные исследователи (Берк, 2024) выделяют в романе пять аргументов против желательности бессмертия, соответствующих пяти ценностям, которые исчезают в вечной жизни: смысл, любовь, идентичность, добродетель и способность к риску. Фоска теряет способность к рискованным действиям — ведь ему нечего терять, — а без риска исчезает и подлинная страсть, двигающая человеческими поступками.
Критика «точки зрения Сириуса»
Де Бовуар развивает в романе критику «взгляда со стороны», «божественной точки зрения», которую она связывает с просветительской традицией. Фоска, как и персонаж Вольтера Микромегас, смотрит на человечество с высоты своего положения — из вечности. Этот взгляд уравнивает все события, лишает их иерархии и, в конечном счёте, убивает всякое предпочтение, а значит — и всякое моральное суждение.
В эссе «Пирр и Киней» (1944) и «За мораль двусмысленности» (1947) де Бовуар прямо связывает эту «эстетическую позицию» с позицией французских интеллектуалов, которые во время Второй мировой войны пытались оставаться «над схваткой». Отстранённое наблюдение, утверждает писательница, есть форма моральной смерти. Фоска — это гиперболическое воплощение такого отстранённого сознания.
Экзистенциальная свобода и ответственность
В романе разыгрывается центральный для экзистенциализма тезис о том, что свобода одного неразрывно связана со свободой других. Фоска, стремясь построить «идеальное» государство в Кармоне, неоднократно приносит в жертву своей идее реальных людей — женщин, детей, стариков. Его жена Катерина выступает голосом совести, напоминая ему, что нельзя спасать абстрактное «будущее», уничтожая живущих сейчас.
Исследовательница Дебра Бергоффен трактует этот конфликт как столкновение «утопического видения» и «политики конечности». Фоска, как бессмертный, может позволить себе мыслить масштабами столетий — для него смерть нескольких поколений не имеет значения. Но именно эта «сверхчеловеческая» перспектива делает его неспособным к подлинной справедливости, которая всегда имеет дело с конкретным, единичным человеком.
Патриархат и женское повествование
Барбара Клоу (1996) и другие исследовательницы предлагают феминистское прочтение романа. С этой точки зрения, «Все люди смертны» — это не столько история бессмертного мужчины, сколько история женщины (Режины), пытающейся найти свой голос в мире, где доминирующие нарративы созданы мужчинами. Вложенное повествование Фоски символизирует тот «мужской» дискурс, который подавляет и заглушает женское начало.
Режина, будучи актрисой, ищет бессмертия через «взгляд» Другого — через славу и признание. Её трагедия в том, что она стремится к трансценденции теми средствами, которые предлагает ей патриархальное общество (красота, обольщение, роль музы). В отличие от неё, сама де Бовуар в структуре романа закладывает возможность иного пути: именно женское сознание (Режина) обрамляет, а следовательно — в определённом смысле контролирует — мужское повествование. Текст становится «оружием» в борьбе за женскую независимость.
Трагедия семейных отношений
Важное место в романе занимает анализ семейных отношений, которые в трактовке де Бовуар приобретают экзистенциальное измерение. Фоска не способен быть подлинным отцом, так как его дети смертны, а он — нет. Сын Танкред, выросший под властью бессмертного отца, чувствует себя ограбленным: «Мы состаримся, так и не познав молодости... Кто вернёт нам годы, которые ты у нас украл?». Попытка Танкреда убить отца и захватить власть заканчивается трагически — гибелью сына от руки отца. Эта сцена символизирует невозможность нормальной преемственности поколений в условиях, когда старшее поколение отказывается уступать место молодому — не в силу возраста, а в силу самой своей природы.
Катерина, первая жена Фоски, становится в его памяти идеализированной фигурой — матерью, «спасением», к которому он бесконечно стремится, но никогда не может достичь. Она умирает от чумы, и после её смерти Фоска пытается вести с ней воображаемый диалог, но не может быть уверен в её ответах. Этот образ перекликается с эдиповским мотивом: бессмертный мужчина навсегда остаётся ребёнком, тоскующим по умершей матери.
Связь с другими произведениями де Бовуар
«Все люди смертны» занимает центральное место в творчестве де Бовуар, связывая её ранние и поздние работы. С философским эссе «Пирр и Киней» (1944) роман роднит критика «точки зрения Сириуса» и обсуждение пределов индивидуального проекта. С «За мораль двусмысленности» (1947) — анализ ответственности за Другого и проблему «бесполезных ртов» (людей, не участвующих в производстве). С романом «Мандарины» (1954) — тему ангажированности и интеллектуальной ответственности. С «Вторым полом» (1949) — интерес к тому, как женщина может вырваться из имманентности и достичь трансценденции.
Особую близость роман обнаруживает с пьесой де Бовуар «Кто умрёт?» (1944), где уже ставится проблема «бесполезных ртов» — стариков, женщин и детей, которые становятся жертвами политических решений мужчин, мыслящих абстрактными категориями государства и истории.
Художественные особенности
Язык романа сочетает в себе философскую аналитику с элементами исторического романа. Де Бовуар тщательно воссоздаёт быт и нравы различных эпох — от средневековой Италии до Парижа 1930-х годов. Однако историческая достоверность выступает лишь фоном для экзистенциальной проблематики. Исследователи отмечают, что вставной рассказ Фоски к концу становится всё более «вязким» и трудным для чтения — это сознательный приём автора, позволяющий читателю на себе ощутить тоску бесконечной жизни.
Восприятие и критика
Роман имел сложную критическую судьбу. При публикации он был в целом прохладно встречен рецензентами — его называли «неудачным», персонажей — «деревянными» и «неубедительными». Несколько десятилетий «Все люди смертны» оставался в тени других произведений де Бовуар. Однако, начиная с 1990-х годов, интерес к роману возрождается. Современные исследователи видят в нём ключевой текст для понимания философии де Бовуар, в котором она в наиболее концентрированной форме выразила свои взгляды на смерть, время и ценность человеческой жизни. В 2009 году Дебра Бергоффен назвала роман «несправедливо забытым» произведением, заслуживающим переоценки.
В последние годы роман привлекает внимание исследователей из области биоэтики и философии смерти. Аргументы де Бовуар против бессмертия сопоставляются с аналогичными доводами Бернарда Уильямса и Марты Нуссбаум, что свидетельствует об актуальности романа для современных дискуссий о технологическом продлении жизни.