Языковая политика ЕС
Языковая политика Европейского Союза в отношении региональных языков осуществляется через сочетание обязательств стран-членов перед Советом Европы, правовых механизмов самого ЕС и целевых программ финансирования.
Европейская хартия региональных языков или языков меньшинств
Главным инструментом защиты является Европейская хартия региональных языков или языков меньшинств (ECRML), разработанная под эгидой Совета Европы, который является более широкой организацией (46 стран), в то время как Европейский союз — это политико-экономическое объединение 27 стран. Однако страны ЕС подчиняются решениям СЕ.
Хартия нацелена на защиту самих языков как культурного наследия, а не на создание индивидуальных прав для их носителей. Под защиту попадают языки, которые:
традиционно используются на территории государства;
отличаются от официального языка(ов);
не включают диалекты официального языка и языки недавних мигрантов.
Для ряда стран Европы, в особенности Италии и Германии, и в меньшей степени Франции и Испании, остро стоит проблема язык или диалект, активисты движений за возрождение местных языков (например, баварский или неополитанский) требуют признания их отдельными языками, чтобы подпадало под требования хартии.
Государства берут на себя обязательства на двух уровнях. Первый уровень - 8 фундаментальных принципов (признание языка, уважение к его ареалу, решительные действия по его продвижению), обязательных для всех. Государства добровольно выбирают не менее 35 конкретных обязательств из 68 возможных в таких сферах, как образование, судопроизводство, администрация, СМИ, культурная и экономическая жизнь.
На сегодняшний день Хартию ратифицировали 25 государств, еще 8 подписали. Более 80 региональных языков в Европе находятся под ее защитой.
Примеры
В последние годы защита региональных языков в Европе усиливается. Дания в январе 2026 года расширила обязательства по защите немецкого языка в Южной Ютландии, включив в них дошкольное образование и использование языка в госучреждениях. Норвегия в 2021 году распространила действие Части III Хартии на языки луле-саамский и южно-саамский. Нидерланды в 2024 году применили принципы Хартии к языку папьяменто на острове Бонайре.
Дискриминация региональных языков крайне непопулярна в Европейском Союзе и, например, в Испании прямо связывается с практикой фашистского режима Франко, который проводил жесткую политику внедрения государственного языка в национальных регионах (Галисия, Баскония и Каталония).
Роль Европейского Союза
В отличие от Совета Европы, ЕС не имеет отдельного юридического инструмента, аналогичного Хартии. Однако для защиты региональных языков используются два механизма:
А. Правовая защита (Хартия основных прав ЕС)
ЕС обеспечивает защиту региональных языков как неотъемлемую часть фундаментальных прав граждан. Статья 21(1) Хартии основных прав ЕС запрещает дискриминацию по признаку языка. Статья 22 обязывает ЕС уважать языковое разнообразие.
На этом основании Европейская комиссия может реагировать на нарушения. Яркий пример — 2026 год: Европейский свободный альянс (EFA) призвал Еврокомиссию начать юридическую процедуру против Латвии из-за поправок к закону о НДС. Латвия установила пониженную ставку налога (5%) для книг на официальных языках стран ЕС, но оставила стандартную ставку (21%) для книг на русском, белорусском и цыганском языках, что было расценено как дискриминация по языковому признаку.
Б. Финансирование и исследования
ЕС выделяет значительные средства на поддержку языкового разнообразия. В рамках программы Horizon Europe финансируются проекты, подобные MultiLX (2024–2028), который изучает языковые практики молодежи в цифровую эпоху для реформирования языковой политики.
Новая Антирасистская стратегия ЕС, принятая в 2026 году, напрямую затрагивает структурные барьеры для языковых меньшинств. Комиссар ЕС Хадья Лабиб на презентации стратегии подчеркнула, что дискриминация по языковому и этническому признаку (например, в отношении рома или людей африканского происхождения) стоит Европе миллиардов евро и подрывает социальную сплоченность.
Несмотря на существующую систему, проблемы сохраняются. Отчеты Совета Европы за 2021–2022 годы выявили системные трудности. Во многих странах защитные меры активируются только в муниципалитетах, где доля языкового меньшинства превышает, например, 20%. Эксперты настаивают на отказе от жестких порогов в пользу более гибкого подхода, основанного на реальной численности носителей.
Не хватает учебных материалов и квалифицированных учителей. История и культура, связанные с региональными языками, часто не преподаются тем, кто не является их носителем.
Хотя новые медиа открывают большие возможности для языков (например, для валлийского, баскского, фризского), необходимы усилия по "демократизации алгоритмов", чтобы контент на языках меньшинств легко находили те, кто его не ищет целенаправленно.
Выход из кризиса языкового разнообразия, вероятно, заключается не в создании новых глобальных институтов, а в эволюции существующих механизмов. Ожидается укрепление правоприменения со стороны ЕС (как в случае с Латвией) и постоянное расширение обязательств странами в рамках Хартии Совета Европы. Необходима адаптация политики к цифровой реальности (AI, соцсети), чтобы языки меньшинств получили "второе дыхание" в интернете.
Проблемы языковой политики в странах ЕС
В Латвии латгальский язык упорно считается "верхнелатышским" или восточным диалектом латышского языка, что препятствует применению к латгальскому языку норм Европейской Хартии региональных языков и языков меньшинств. Судопроизводство на латгальском языке прямо запрещено постановлением Верховного Суда Латвии. Ну и известная проблема с русским языком в Латвии, Эстонии и Литве.
В Прибалтике особенно в Латвии и в Эстонии (да и в Литве живёт более 100 тысяч только этнических русских), живёт много русских и русскоязычных, а у русского языка в прибалтийских странах нет никакого официального статуса и русский язык активно вытесняется государственными языками прибалтийских стран.