Город Томск при техноанархизме

В случае победы технократического анархо-синдикализма в Сибири Томск, который и сейчас является одним из главных интеллектуальных и университетских центров региона, будет радикально преобразован, из административного центра превратится в сетевой узел федерации сибирских синдикатов, где университеты, заводы, ИТ-компании, больницы и даже трамвайные парки являются самоуправляемыми производственно-территориальными объединениями.

Революция городской среды

Сегодняшний Томск — это контраст деревянного модерна, сталинских высоток, брежневских спальных районов и хаотичной торговой застройки 1990-2000-х. При анархо-синдикализме исчезает частная собственность на землю и недвижимость в её нынешнем понимании. Городская территория становится общим достоянием синдикатов, проживающих и работающих на ней.

Заброшенные заводские корпуса и пустыри, которых в Томске немало (особенно в районе Томского инструментального завода, бывшего завода РТИ и других), не становятся объектами спекулятивного строительства полупустых торговых центров, а превращаются в общественные пространства, мастерские, вертикальные фермы, коворкинги для синдикатов. На первом Томске возле "Спара" будут танцевать роботы-анархисты.

Деревянное зодчество Томска — уникальное наследие — получает новый импульс: синдикат реставраторов и деревообработчиков (из числа бывших сотрудников ТГАСУ, архитекторов, плотников) восстанавливает дома-памятники и приспосабливает их под жилье, школы, библиотеки, не превращая в элитные рестораны и офисы банков. При этом все строительные и реставрационные работы будут планироваться через цифровую платформу синдикатов, где каждый проект обсуждается и утверждается открытым голосованием, а 3D-модели доступны всем жителям в дополненной реальности.

Так как никакой администрации не надо будет, здание областной администрации будет отдано под общежитие для бездомных жителей города, управляемое профсоюзом свободных бомжей.

Транспортная система социалистического Томска

Сегодня Томск страдает от пробок, разбитых дорог и монополии автобусных перевозчиков. При анархо-синдикализме транспортные синдикаты (объединения водителей, механиков, диспетчеров, дорожников) берут управление в свои руки. Исчезают коммерческие маршрутки с их хаотичным движением и непрозрачными тарифами. Вместо них возникают интегрированные системы: трамваи и троллейбусы (исторически развитые в Томске) получают приоритет, их маршруты оптимизируются алгоритмически в реальном времени под потребности синдикатов. Автомобили частных лиц не запрещены, но их использование становится невыгодным из-за высокой стоимости парковки и ограничений на въезд в центр, если только владелец не докажет производственную необходимость (например, он является членом аварийного синдиката или синдиката доставки).

Для перемещений между районами и пригородами работают электробусы и легкое метро на магнитной подушке, построенное силами строительных и транспортных синдикатов. Это радикально решит экологические проблемы города. Томское метро охватит огромное пространство от Богашево до Курлека и на север докуда получится. Технократическая компонента обеспечит открытые данные о движении всех транспортных средств, предиктивное моделирование загрузки, беспилотные трамваи на отдельных линиях. По воздуху будут летать народные дружинники в красных штанах и следить, не возвращается ли буржуазия.

Освобождение науки

Томск славится Томским государственным университетом, Томским политехническим университетом, медицинским университетом и десятками НИИ. Сегодня они финансируются из государственного бюджета, подчиняются министерствам и одновременно пытаются выживать за счет платного образования и грантов. При анархо-синдикализме университеты перестают быть иерархическими учреждениями с ректорами, деканами и кафедрами. Вместо этого возникают горизонтальные синдикаты исследователей, преподавателей, студентов и технического персонала. Например, синдикат «Физика и техника» объединяет физиков ТГУ и ТПУ, инженеров, лаборантов, аспирантов. Он сам определяет исследовательские направления, распределяет ресурсы (лабораторное оборудование, расходники, доступ к суперкомпьютерам), принимает новых членов и оценивает качество работы через открытое рецензирование. Информационная платформа синдикатов ведет репутационный рейтинг исследователей на основе воспроизводимости результатов и вклада в открытые базы знаний, а не на основе импакт-фактора журналов. Преподы, которые издевались над студентами и особенно рьяно защищали буржуазный дискурс, пойдут качать навоз в колхозах.

Образование строится по принципу «учитель-ученик» в малых группах, а не лекционных потоков, широко используется дистанционное образование не выходя из дома. В бывших церквях будут центры бесплатного доступа к образовательным курсам. Студенты не платят за обучение и не получают стипендию от государства — они являются младшими членами синдиката и получают долю от того, что синдикат производит: это могут быть результаты исследований, образовательные услуги для других синдикатов, консультации для промышленных синдикатов. Производственную практику, а часто и практические занятия они проходят у себя на синдикате, что обеспечивает связь образования и производства.

Экономика свободного Томска

Сегодня экономика Томска завязана на госзакупки, нефтегазовый сектор, ИТ-аутсорсинг и торговлю. При анархо-синдикализме исчезают деньги в их нынешней форме как универсального эквивалента и средства накопления. Взамен синдикаты используют систему взаимного кредитования и балльных оценок трудового вклада, обсуждаемых на собраниях. Человек получает доступ к жилью, питанию, энергии, транспорту, образованию и медицине автоматически как член синдиката.

Томские заводы («Томский электротехнический завод», «Сибкабель», «Томскнефтехим» и другие) перепрофилируются синдикатами бывших рабочих и инженеров. Например, синдикат «Электромаш» вместо выпуска кабеля для нефтяников начинает производить компоненты для ветрогенераторов, электрозарядных станций и систем умного дома для сибирских поселений. Синдикат «Химтех» переходит от производства химикатов для нефтедобычи к выпуску биопластиков, лекарственных субстанций и реагентов для очистки воды. Томские ИТ-синдикаты, которые раньше работали на аутсорсинг для московских банков и западных корпораций, теперь пишут софт для управления распределенной энергетикой, логистикой синдикатов и систем прямой демократии, становятся важнейшими политическими структурами нового мира. Имея серьезные компьютерные мощности и пул айтишников, Томск будет серьезно влиять на принятие общих решений во всей Сибири, так как они будут осуществляться в основном через расчеты на компьютерах.

Здравоохранение

Томск имеет мощную медицинскую базу: медицинский университет, несколько крупных больниц (в том числе онкологический центр в Северске, который административно отделен, но географически близок). При анархо-синдикализме система здравоохранения становится синдикатом врачей, медсестер, санитаров, фармацевтов, инженеров медицинского оборудования. Пациенты не являются «потребителями услуг» и не прикреплены к поликлинике по прописке. Любой член синдиката может обратиться к любому врачу, а врач назначает лечение на основе протоколов, утвержденных синдикатом. Финансирование осуществляется через общий пул ресурсов синдиката, который пополняется за счет отчислений от всех производственных синдикатов (каждый синдикат отчисляет фиксированную долю своего продукта в общий фонд здоровья). Сложное оборудование (МРТ, томографы) используется по графику, который согласуется через платформу синдикатов.

Особенно важно, что в условиях анархо-синдикализма, где нет государства, медицина катастроф и скорая помощь остаются в ведении специальных синдикатов, работающих в круглосуточном режиме на принципах добровольного дежурства с ротацией. Психическое здоровье, которое в капиталистическом Томске игнорировалось или криминализировалось, становится приоритетом: психологи и психиатры входят в состав синдиката здоровья, и обращение к ним не стигматизируется. Сошедшие с ума от безумного капитализма люди постепенно очухиваются и включаются в коллективный труд.

Культурная сфера

Томск славится театрами (драматический, театр кукол, «Скоморох»), музеями (краеведческий, художественный, деревянного зодчества под открытым небом), библиотеками и музыкальными сценами. При анархо-синдикализме культурные синдикаты (актеры, режиссеры, музыканты, художники, реставраторы) организуются в самоуправляемые коллективы. Театры не получают субсидий от государства и не ищут спонсоров, но и не продают билеты. Вместо этого культурные синдикаты договариваются с другими синдикатами о товарообмене: например, театральный синдикат дает десять спектаклей для энергосиндиката, а энергосиндикат обеспечивает бесперебойное питание театра. Все культурные события открыты для любого члена любого синдиката, но для поддержания порядка и доступности вводится система бронирования через платформу. Возникают новые формы культуры: прямое творчество синдикатов — например, строительный синдикат ставит любительский спектакль о реконструкции трамвайной линии, а ИТ-синдикат создает интерактивную инсталляцию о потоках ресурсов в городе. Томский фестиваль «Праздник топора» (фестиваль деревянной скульптуры) расцветает по-новому: мастера из разных синдикатов соревнуются в создании функциональных арт-объектов — скамеек с подогревом, детских площадок с генерацией энергии от качелей, уличных библиотек с автополивом. Площадь Ленина будет переименована в площадь Бакунина, который действительно там рядом жил.

Журналистских синдикатов никаких не надо будет, так как эта деятельность относится к политической (дискурс - это борьба за власть). Поэтому обмен информацией будет осуществляться работниками синдикатов на добровольной основе, на основе механизма, напоминающего социальные сети в теперешнем Интернете или википедию - все будут свободно писать о чем хотят, что и заменит буржуазных журналистов.

В татарских районах Томска книги Кропоткина и сборники анархопесен будут распространяться на татарском языке. Например, таких песен, как "Hijos del pueblo", "Анархия-мама", "Цыпленок жаренный" и тому подобные. Революционные татары будут исполнять их хором и водить хороводы. Телевидение вместо буржуазного говна будет транслировать образовательные клипы.

Сельское хозяйство вокруг города

Восьмое изменение — это отношения с природой и сельское хозяйство. Томск окружен тайгой, болотами и поймой Томи. При анархо-синдикализме исчезает понятие «сельхозугодий как частной собственности» и «лесного фонда как государственного». Лесной синдикат (бывшие лесники, экологи, охотники, сборщики дикоросов) управляет тайгой на основе принципа устойчивого использования. Кедровники не вырубаются на экспорт, а дают орехи, смолу и древесину для местных нужд. Болота не осушаются под застройку, а используются для сбора клюквы, брусники и лекарственных трав, а также служат природными фильтрами воды. В Кафтанчиково будет многоэтажный туристический отель, управляемый роботами.

Синдикат агроэкологии создаст пригородные фермы на гидропонике и вертикальные оранжереи в черте города, используя тепло от ТЭЦ и очищенные сточные воды. Томичи получают свежие овощи, зелень и ягоды круглый год, что в сибирском климате было немыслимо при капитализме без дорогих импортных поставок.

Река Томь, сегодня загрязненная стоками и нефтепродуктами, станет объектом восстановления синдиката гидроэкологии: дно очищается, берега укрепляются, в воду возвращаются стерлядь и нельма. Ушайка будет заключена в экологическую технотрубу, которая будет сверху прозрачной, и в подогретой воде Ушайки анархисты станут разводить тропических рыбок, чтобы было красиво. Также будет запрещено убивать маленьких сибирских котят.

Бывшие капиталисты, юристы, журналисты, проститутки и прочие лица паразитических профессий, согласно заветам Петра Кропоткина, будут проходить курс социальной реабилитации на полях и птицефабриках вокруг города, выращивая продукты для жителей города Томска и одновременно приучаясь к полезному производительному труду как источнику хлеба и воли. Особо злобные коррупционеры будут исправляться, очищая унитазы в промышленных синдикатах типа заводов "Контур" и "Полюс".

Выводы

Таким образом, Томск в эпоху технократического анархо-синдикализма — это город, который перестал быть «научным центром на госдотации» и «заштатным областным центром». Он стал полигоном для посткапиталистического города, где университеты не готовят кадры для корпораций, а являются ядрами самоуправляемых синдикатов, где деревянные дома с резными наличниками соседствуют с вертикальными фермами и беспилотными трамваями, где люди не платят за квартиру и не покупают продукты, но несут коллективную ответственность за содержание инфраструктуры и участвуют в принятии решений через цифровую платформу и собрания синдикатов. И, возможно, именно в таком Томске, а не в Москве или Берлине, будет создана модель будущего для всей планеты: город, который не эксплуатирует свою природу и не экспортирует свое сырье, а воспроизводит сам себя на основе знаний, солидарности и технологий, подчиненных не прибыли, а жизни.