Согдийский язык
Согдийский язык
Согдийский язык представляет собой мертвый язык восточноиранской подгруппы иранской ветви индоевропейской языковой семьи. В древности и раннем средневековье он являлся одним из важнейших языков Центральной Азии. Историческим центром формирования языка была долина реки Зеравшан с главным городом Самаркандом — историческая область Согд. Ираноязычные племена населяли этот регион с глубокой древности, их присутствие в Средней Азии фиксируется начиная со второго тысячелетия до нашей эры. Согдийцы традиционно специализировались на международной торговле и основывали поселения далеко за пределами своей прародины. Благодаря этому согдийский язык на протяжении длительного времени выполнял функцию лингва-франка, обеспечивая межнациональное общение на огромных пространствах от Средней Азии до Семиречья, Ферганской долины и Китайского Туркестана. С исторической и генетической точек зрения согдийский рассматривается как язык предков значительной части современного таджикского и узбекского населения, несмотря на то, что современный таджикский язык принадлежит к западноиранской группе, а согдийский был более древним, морфологически сложным восточноиранским языком.
История развития и упадок
Период наивысшего расцвета согдийского языка пришелся на V–VII века нашей эры, предшествуя эпохе арабских завоеваний. Начиная с VII века в регионе началось активное проникновение тюркских племен, что привело к постепенному изменению демографической и языковой ситуации. Последующее арабское завоевание инициировало распространение арабского языка в административной и религиозной сферах, а затем и персидского языка, который начал вытеснять местные восточноиранские наречия. Под одновременным давлением персидского и тюркских языков согдийский начал стремительно сдавать свои позиции. К IX веку, как свидетельствуют арабские источники, он вышел из повседневного употребления в крупных городах и сохранялся исключительно в более консервативных сельских регионах. Окончательное исчезновение согдийского языка как живого средства общения датируется приблизительно XI–XII веками. Тем не менее, его лексические следы до сих пор обнаруживаются в многочисленных топонимах — названиях рек и деревень в долине Зеравшана.
Разновидности языка
В согдийском языке традиционно выделяются две основные формы существования: строгий литературный стандарт и разговорный язык. Литературная норма, отличающаяся большей архаичностью, сложностью морфологии и сохранением многопадежной системы, представлена в первую очередь в обширном корпусе буддийских и манихейских религиозных текстов. Разговорный вариант языка зафиксирован в документах деловой и частной переписки, в частности в знаменитом архиве «Старых писем». Черты разговорной речи и процесс естественного грамматического упрощения хорошо прослеживаются в христианских текстах более позднего периода, датируемых примерно X веком. В этих памятниках отражена стадия языка, на которой происходит отпадение падежных флексий и разрушение древних грамматических структур. Переход от строгой литературной к разговорной норме на письме отражает общую типологическую тенденцию согдийского языка к аналитизму.
Письменность
Для фиксации согдийских текстов использовались три различные графические системы, каждая из которых исторически восходила к арамейскому алфавиту. Выбор конкретного типа письма строго коррелировал с религиозной принадлежностью создаваемого текста.
Традиционное согдийское письмо состояло из 17 букв и графически происходило из персидской письменной традиции. Направление письма было справа налево. Характерной особенностью этой системы было использование гетерограмм — арамейских слов, которые писались в тексте, но при чтении автоматически заменялись соответствующими согдийскими эквивалентами. Гласные звуки на письме обозначались с помощью системы дополнительных черточек и точек, аналогичной арабской графике. Новые буквенные знаки часто образовывались путем графической модификации уже существующих символов.
Манихейское письмо, включавшее 29 букв, отличалось строго фонетическим принципом. Создатели этой системы стремились максимально точно передавать звучание живой разговорной речи для целей религиозной проповеди на понятном населению языке. Их алфавит фиксировал каждый отдельный звук и практически все фонетические чередования, не различая фонемы и аллофоны. Расширенный состав алфавита обеспечивал высокую точность передачи звукового облика согдийских слов, исключая использование гетерограмм. Благодаря манихейским текстам современная лингвистика имеет возможность достоверно реконструировать фонетический облик согдийского языка.
Сирийское письмо применялось исключительно в текстах христианской общины. Оно представляло собой промежуточный графический вариант, включавший элементы как манихейской, так и традиционной согдийской графики, что позволяло однозначно идентифицировать христианские документы среди прочих рукописей.
Фонетика
Звуковой строй согдийского языка включал развитую систему гласных, обладавших фонологическими различиями по долготе и краткости, а также набор дифтонгов. Консонантная система была представлена взрывными согласными, разнообразными аффрикатами и фрикативными звуками. Специфической чертой согдийской фонетики являлось наличие межзубных щелевых звуков, однако фарингальные согласные полностью отсутствовали. Все звуки артикулировались в передней или средней части речевого аппарата.
Для согдийского языка было характерно допущение сложных стечений согласных звуков, что является нетипичным явлением для многих восточных языков. В языке функционировала сложная система чередований звуков в корнях и аффиксах. Одной из дискуссионных проблем исторической фонетики согдийского языка является так называемый «закон легких и тяжелых основ». Согласно первоначальной научной гипотезе, легкие основы сохраняли конечный гласный звук при словоизменении, тогда как у тяжелых основ он подвергался выпадению. В современной лингвистике универсальность этого закона оспаривается: предполагается, что он мог последовательно действовать в раннем согдийском, но подвергся разрушению на поздних этапах развития языка. Вопрос о месте постановки ударения в согдийском слове также остается предметом научных дискуссий.
Грамматика
С типологической точки зрения древний согдийский язык представлял собой флективный язык индоевропейского типа, морфологически близкий к авестийскому и древнеперсидскому. Однако в ходе исторического развития в его структуре начали активно формироваться агглютинативные черты. Текстовые памятники фиксируют постепенный переход от сложной флективной морфологии к агглютинативной, что сопровождалось утратой ряда грамматических категорий, включая исчезновение среднего рода.
Имя существительное обладало категориями мужского и женского рода. Категория числа выражалась преимущественно агглютинативными аффиксами. Специфической синтаксической чертой было то, что при наличии количественного числительного существительное могло сохранять форму единственного числа, что типологически сближает этот механизм с грамматикой тюркских языков. Именное склонение в древности насчитывало шесть падежей, но в более поздний период разговорного языка парадигма сократилась до трех. В согдийском языке функционировал определенный артикль, который также изменялся по падежам.
Глагольная система строилась на строгом противопоставлении основ настоящего и прошедшего времени. Формы прошедшего времени образовывались с помощью дентального суффикса, который часто видоизменялся в результате фонетических чередований с предшествующими корневыми согласными. Глаголы имели развитую систему времен, включавшую настоящее, длительное настоящее, будущее, имперфект и перфект. Система наклонений состояла из изъявительного, сослагательного, желательного (оптатива), повелительного и потенциального. Личные окончания глаголов и формы глагола-связки демонстрируют очевидное индоевропейское происхождение, обнаруживая глубокие параллели с санскритом. Синтаксис базировался на общеиндоевропейских моделях с использованием большого количества сочинительных и подчинительных союзов, а также предлогов и послелогов арийского происхождения.
Лексика и влияние религий
Исконный словарный запас согдийского языка базировался на древнем общеарийском лексическом фонде. В текстах широко представлены базовые лексемы индоиранского происхождения, обозначающие фундаментальные понятия и объекты действительности.
Важнейшим фактором, определявшим направление и характер лексических заимствований, выступала религиозная принадлежность конкретных письменных памятников, поскольку территория Согда отличалась беспрецедентным религиозным синкретизмом. Буддийские согдийские тексты, являвшиеся преимущественно переводами, содержат огромный пласт заимствований из санскрита. Христианская литература несторианского толка изобилует арамейскими и семитскими терминами. В манихейских текстах преобладают лексические заимствования из западноиранских языков (парфянского и среднеперсидского), что объясняется историко-культурным происхождением манихейской традиции. Местный вариант зороастризма также обогатил язык специфической терминологией, связанной с почитанием локальных божеств и ангелов. Вследствие активных межкультурных и торговых контактов в согдийский язык регулярно проникали заимствования из тюркских языков и китайского.
Сохранившийся текстовый корпус, в особенности манихейские гимны и мифологические нарративы, повествующие о сотворении мира, иерархии ангелов и деяниях Христа, предоставляет богатейший лексический материал для детального изучения этого уникального языка.