Мокшанский язык
Мокшанский язык, название которого, по всей видимости, происходит от реки Мокша, впервые упоминается в исторических хрониках XIII века в записях монаха Вильгельма Рубрука. В научной литературе и официальном дискурсе его принято называть именно мокшанским, что соответствует самоназванию народа, хотя иногда встречаются термины «мокша-мордовский» или просто «мокша». Язык относится к мордовской подгруппе финно-угорской ветви уральской языковой семьи.
Современное состояние языка вызывает определенные опасения, так как данные указывают на резкое сокращение числа носителей: если в 1993 году их насчитывалось около 450 тысяч, то современные открытые источники говорят лишь о 228 тысячах человек. Несмотря на это, в Мордовии предпринимаются меры по сохранению языка: он преподается в начальных школах и вузах, на нем издаются газеты и журналы, ведутся радио- и телепередачи, а также существует художественная литература. Единая литературная норма, основанная на центральном диалекте, была окончательно сформирована к 1930-м годам.
Письменность и фонетическая система
Графика мокшанского языка базируется на кириллице, однако она не лишена недостатков, заложенных еще в советский период при адаптации алфавитов для народов СССР. Основная проблема заключается в том, что передача гласных фонем подстраивалась под русское восприятие, а не под внутреннюю логику самого языка, из-за чего одна фонема может передаваться разными буквами в зависимости от контекста. Это порой приводит к ошибкам в произношении у людей, владеющих языком недостаточно хорошо.
Фонетика мокшанского языка отличается наличием специфических глухих сонорных звуков, которые практически не встречаются в других языках, кроме мордовских. Также для него характерны развитая система мягких согласных и сильная редукция безударных гласных. Несмотря на то что системный сингармонизм (согласование гласных) практически разрушен, в языке до сих пор сохраняются его отдельные фонетические следы.
Грамматические особенности
Грамматика мокшанского языка характеризуется большой сложностью. В нем представлена развитая система падежей, точное количество которых является предметом научных споров. Одной из интересных черт является наличие лично-притяжательных суффиксов, которые меняются в зависимости от количества владельцев и количества обладаемых предметов, что роднит мокшанский с марийским языком. Кроме того, имена в мокшанском могут выступать в роли сказуемого, принимая соответствующие лично-числовые окончания, что сближает его с тюркскими языками.
Глагольная система включает два типа спряжения: безобъектное (для непереходных глаголов) и объектное (для переходных). В объектном спряжении окончание глагола одновременно указывает и на лицо субъекта (кто совершает действие), и на лицо объекта (на кого оно направлено). Система также богата различными наклонениями, такими как кондиционал, оптатив и дезидератив, и включает четыре вида причастий и два инфинитива.
Лексика
На протяжении истории мокшанский язык испытывал мощное внешнее воздействие. Огромный пласт лексики составляют тюркские заимствования, что типично для финно-угорских языков Поволжья. Влияние русского языка прослеживается на всех уровнях — от фонетики до синтаксиса.
Исследователи выделяют два исторических уровня русских заимствований: первый связан с древними контактами с северорусскими диалектами, когда слова адаптировались по правилам мокшанской фонетики, и второй — современный, где слова входят в язык в их актуальной русской форме из-за массового двуязычия населения. Несмотря на сильное влияние извне, синтаксическая структура предложения остается номинативной, а основным способом словообразования по-прежнему является суффиксация.